Горшков-Кантакузен Владимир Александрович, индивидуальный исследователь, врач-бактериолог, специальный сотрудник Японского красного креста
Gorshkov-Cantacuzene Vladimir A., individual researcher, bacteriologist, special employee of the Japanese Red Cross
В 2024 г. мировое медицинское сообщество отмечает важную дату – 130 лет со дня открытия возбудителя чумы, который был независимо выделен японским врачом Китасато Сибасабуро (1853–1931) и французским врачом Александром Йерсеном (1863–1943). Хотя первый сделал это на несколько дней раньше, в результате недопонимания и подлога честь открытия была отдана А. Йерсену, и род, к которому отнесена бактерия, был назван в его честь. Так получилось, что в европейской науке Китасато почти неизвестен, а некоторые его достижения и прорывы в науке приписываются другим исследователям. В настоящей статье впервые в русскоязычной научной литературе подробно рассматривается жизнь ученого и его достижения. Выдающийся врач выделил чистую культуру столбнячной палочки (Clostridium tetani), первым в мире предложил сывороточную терапию, выделил чумной микроб (Yersinia pestis), воспитал целую плеяду выдающихся врачей и явился одним из основателей современного японского здравоохранения (государственного санитарно-эпидемиологического надзора), своевременно предотвратив закрепление чумного микроба на японских островах. Его заслуги перед японской и мировой медициной поистине огромны. Не менее интересно и его посмертное почитание в синтоизме, которое оказалось соединенным с почитанием немецкого врача Роберта Коха (1843–1910) – учителя и старшего друга Китасато Сибасабуро. Обожествление ученых – явление неординарное и представляет собой значимый культурологический феномен. Вместе с тем следует отметить, что культ Коха – Китасато является местным и фактически ограничен Институтом Китасато, в котором ученые почитаются в качестве покровителей Института. Интересно, что другой первооткрыватель чумного микроба, Александр Йерсен, обожествлен в рамках вьетнамского буддизма махаяны и в качестве духа-покровителя местности (вьет. thành hoàng) в рамках вьетнамской народной религии, что парадоксальным образом объединяет посмертную судьбу этих ученых.
In 2024, the medical community celebrates an important date – 130 years since the discovery of the causative agent of plague, which was independently isolated by the Japanese physician Kitasato Shibasaburō (1853–1931) and the French physician Alexandre Yersin (1863–1943). Although the former had done so a few days earlier, as a result of misunderstanding and forgery, the honor of the discovery was given to A. Yersin, and the genus to which the bacterium is assigned is named in his honor. As it happened, Kitasato is almost unknown in European science, and some of his achievements are attributed to other researchers. In this article, for the first time in the Russian-language scientific literature, his life and achievements are discussed in detail. The outstanding physician isolated a pure culture of Clostridium tetani, was the first in the world to propose serum therapy, isolated Yersinia pestis, educated a galaxy of outstanding physicians and was one of the founders of modern Japanese public health (state sanitary and epidemiological supervision), preventing the establishment of plague in the Japanese islands. His services to Japanese and world medicine are truly immense. No less interesting is his posthumous veneration in Shinto, which was combined with the veneration of the German physician Robert Koch (1843–1910), a teacher and senior friend of Kitasato Shibasaburō. The deification of scientists is an extraordinary practice and represents a significant cultural phenomenon. It should be noted, however, that the cult of Koch-Kitasato is local and actually confined to the Kitasato Institute, where scholars are honored as patrons of the Institute. Interestingly, the other discoverer of the plague microbe, Alexandre Yersin, is deified within Vietnamese Mahayana Buddhism and as a god-patron (thành hoàng) within Vietnamese folk religion, which paradoxically unites the posthumous fate of these scientists.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.